Зомбиленд (ripcska) wrote,
Зомбиленд
ripcska

Categories:

Прокуратура: убивать ментов можно!

Originally posted by koordinatorudpn at Прокуратура: убивать ментов можно!
К такому выводу можно прийти, ознакомившись с ответами ГПУ и прокуратуры г.Киева по поводу наших жалоб о не то, чтобы ненадлежащем, нет -совсем не проведенных расследованиях по факту убийств киевских СМ. По поводу С.Пересунько (о/р Голосеевский ОБНОН) -позавчера пришел отказной из районной прокуратуры. Они решили не заморачиваться вопросом, откуда в организме покойного этиленглеколь. сказано, сам умер -значит так и есть...
А по М.Бабичу, смутивший нас факт передачи УД во время проведения эксгумации (по результатам которой тоже ничего не слышно, молчок) из городской прокуратуры в "отказную" Голосеевскую, два издевательских ответа. Из ГПУ - № 06/1-1/661-08 от 07.06.11 нам сообщили, что дело "на контроле" (который вообще себя никак не проявляет, этот контроль, если из материалов УД пропадают даже заявления потерпевшей). А из прокуратуры Киева - №06/1-12098-10 от 06.6.11, подп. прокурора Киева -Мельника А.С. (все таки он отвечает на инициированное нами депутатское обращение), что "проводятся небоходимые следственные действия и ОРМ по УД № 561819". Интересно, как они могут проводиться, если следователь, Сотниченко В.М. признался маме убитого, Лидии, что он даже  вглаза не видел самих материалов дела?
Вот еще одна газетная статья, с нашей подачи, по этому вопросу:
Когда я встречалась с героями этой публикации, мне все время хотелось перефразировать советскую патриотическую песню: «Я другой такой страны не знаю, где без смысла гибнет человек». В самом деле, статистика правозащитников утверждает, что с начала года в отделениях милици умерло 28 человек. Это среди задержанных, которых, как известно, в тех же отделах нещадно избивают. Но когда от неизвестных причин погибают уже сами сотрудники МВД,  да еще в расцвете лет и сил, начинаешь думать, что «в Датском королевстве» не только все прогнило, но и давно смердит!

Более того, если уж такая, ранее сугубо секретная информация все-таки просачивается сквозь непроницаемые ранее стены МВД, впору говорить о сбоях в системе.

Напился яду в клубе
17 марта в столичной больнице скорой помощи умер молодой милиционер Сергей Пересунько. Сереже было всего 28 лет. Совершенно здоровый, кандидат в мастера спорта по легкой атлетике. И безумно влюбленный в жизнь. У Сережи осталась беременная жена Яна.
Сестра Сережи Валя рассказала о том, как умер ее брат.
— За три дня до смерти у Сергея случился инфаркт из-за поражения всех органов этиленгликолем, — с горечью начинает рассказ Валентина.
6 марта Сергей Пересунько вместе с друзьями и коллегами были в ночном клубе. Некоторые говорят, что Сергей выпил немного мартини, другие ут­верждают, что пил он кофе и кока-колу. Но факт в том, что ночью Сергею вдруг стало плохо. От посторонней помощи он отказался, добрался домой сам. А под утро его срочно увезли в больницу. Сначала в противошоковую палату, потом — в отделение интенсивной терапии, где ему сделали токсикологическое исследование. Алкоголя в крови не оказалось, но врачи обнаружили этиленгликоль. Диагноз звучал крайне неутешительно — острое отравление этиленгликолем тяжелой степени, токсический пульмонит, токсическая гепатонефропатия, анурия, опухоль мозга. Говоря проще, все органы и системы несчастного были поражены ядом.
Обезумевшие от горя родственники верили разве что в чудо. Но его не произошло — через 11 дней после посиделок в клубе Сергей умер.
— Сережа был всегда мягким, доброжелательным, — плачет сестра Валентина. — У него всегда было много друзей. Коллеги, когда в гости приходили, рассказывали, что на Сереже 60% работы отдела висело. Бывало, звонишь ему на мобильный, а он мне: «Не могу сейчас говорить, я в засаде под Киевом сижу». Когда УЗИ показало девочку, Сережа был вне себя от радости. Он всегда дочку хотел…
Сергей Пересунько работал старшим лейтенантом отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков (ОБНОН) Голосеевского райотдела в Киеве. Прокуратура в открытии уголовного дела поначалу отказала, мотивировав это тем, что смерть настала без воздействия третьих лиц. Только после того как сестра погибшего начала писать в разные инстанции, дело пересмотрели вновь.
— Ну это же очевидно, что брата отравили, — разводит руками сестра Валентина. — Но почему-то никому даже в голову не пришло поинтересоваться, где Сережа мог выпить такую дозу яда. Сказали, что ни­чего криминального в этом нет. Ну как так может быть?
На этой ноте грустное повествование можно было бы закончить. Если бы...

Странная автокатастрофа
...за день до смерти Сергея Пересунько погиб его коллега из того же Голосеевского ОБНОНа — Михаил Андрела. Он ехал ночью на собственном «БМВ». По предварительным данным, автомобиль съехал с трассы в зеленую зону, проехал 50 метров и на полном ходу влетел в железобетонную стену. В результате столкновения машина выбила две секции забора, после чего врезалась в столб. Водитель погиб на месте.
И снова никому в голову не пришло поинтересоваться, отчего погиб сотрудник Голосеевского ОБНОНа. Дело квалифицировали как автокатастрофу и благополучно сдали в архив.
Как оказалось, с начала года эти смерти — не единственные в стенах Голосеевского райотдела. Это подтверждает и пресс-офицер Голосеевского РО Юлия Мусташ. Руководит отделом Александр Терещук, который занял эту должность немногим более года назад.
— То, что у нас в отделе четыре смерти с начала года, — чистая случайность, — уверяет пресс-офицер Юлия Мусташ. — Я лично знала сотруд­ни­ков
ОБНОНа, для нас это большая трагедия.

Что может быть естественнее инфаркта и туберкулеза!
Двое остальных сотрудников Голосеевского РВ умерли по состоянию здоровья. Один почувствовал себя нехорошо на работе, а дома скончался от инфаркта. Второй болел туберкулезом и умер от отека головного мозга.
— Михаил Андрела не справился с управлением на мокрой дороге, — говорит Юлия Мусташ. — По поводу Пересунько — здесь ситуация неоднозначная. Потерпевшие не имеют к нам претензий, мы разговаривали с отцом Сергея. Непонятно, почему его сестра затеяла все эти разборки.
По словам пресс-офицера, руководитель отдела печется о подчиненных. Все они получили материальную помощь.
Но претензии к Голосеевскому РО и его руководителю не у одной Валентины Пересунько. Немало их и у супругов Лидии и Михаила Бабичей. В 2008 году в лифте столичной многоэтажки убили их единственного сына Михаила. На тот момент он работал в Печерском РО, которым управлял все тот же Александр Терещук.

Самоубийца выбил себе зубы
— Мишу нашли в лифте, — вспоминает поседевшая от горя мать. — Он умирал, ему выстрелили в затылок, перед этим избили и выбили зубы, порвали одежду. Если бы вы знали, какой Мишенька был у меня сын — хороший, порядочный. Мы с отцом старались его таким воспитать. И теперь вот наш единственный ребенок — в сырой земле…
Печерская прокуратура определила: смерть лейтенанта угрозыска — самоубийство. Он покончил с собой под влиянием алкоголя и ревности. А любил Михаил Бабич якобы сестру своего начальника, которая на время смерти парня... находилась в Канаде.
— Ну как так может быть? — задается вопросом мама погибшего милиционера Лидия. — Получается, что мой сын сам себя избил, порвал на себе одежду. Стрелял сам себе в затылок сверху вниз, еще после этого снял перчатку и вытер оружие…
Следствие установило — зубы у оперативника выпали от выстрела в голову.
— Но тогда они бы лежали рядом с трупом, — не может понять мать. — А их там не было. Получается, что мой сын после смерти еще и зубы выбитые спрятал или сам перешел на другое место, что ли… Да это просто издевательство над нами с отцом!
В самоубийство сына мать с отцом не верят. Уверены, что их Мишу убили из-за работы. Допускают, что убивали сына в квартире, а потом, умирающего, перетащили к лифту. Как доказательство мать демонстрирует куртку сына — порванную и окровавленную. Доказывает, что самоубийцы одежду на себе не рвут…
Но прокуратура настаивает — это самоубийство. Где искать правду, Бабичи не знают. Они уже три года пытаются добиться справедливости.
— Куда мы уже только не ходили и не обращались, — горестно вздыхает мама покойного Миши. — Сейчас вроде добились разрешения провести эксгумацию трупа и сделать экспертизу в Главном бюро судебно-медицинской экспертизы Минздрава. Ходили уже к следователю, чтобы он все согласовал с бюро. Но все держит под контролем прокуратура Киева. А к прокурору родителей убитого милиционера не пускают.
— В милиции всячески пытались увильнуть от эксгумации. Оно и понятно, — рассказывает Лидия. — После смерти сына я перечитала гору медицинской литературы. Можно же с легкостью определить, что череп у сына был проломлен, хотя мне рассказывали, что Мише трепанацию делали. Трепанацию делают медицинскими инструментами, а проломить череп — это совсем другое.
Михаил Бабич-старший по­сле смерти сына перенес инсульт. Как жить дальше, родители не знают. Убеждены, что сына убили из-за работы. Обращались даже в передачу «Битва экстрасенсов». Экстрасенсы под­твердили — Михаила убили. Но это для прокуратуры — не доказательство.

Не дай бог такого пиара!
Один из сотрудников Печерского РО выдвинул версию, что родители просто пиарятся. Чем поверг несчастных просто в шок.
— Не дай бог никому пиариться на смерти единственного ребенка, — обреченно вздыхает Лидия Бабич.
Мы поинтересовались у пресс-офицера Юлии Мусташ еще и смертью Михаила Бабича.
— На момент смерти Бабича Александр Терещук несколько дней как не возглавлял Печерский РО, — утверждает пресс-офицер. — Он пошел на повышение в главк. Его родители никак не могут смириться со смертью единственного сына, поэтому и стараются найти виновных во что бы то ни стало.

Более кратким и лаконичным был в своем комментарии правозащитник и общественный деятель Ярослав Дунаев:
— Если милиция уже не заботится о «своих» же, то на что можно надеяться нам, простым гражданам?

Действительно, на что?
Елена ГОРДИЕВА
b-b-c.com.ua/exp.php


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments