Зомбиленд (ripcska) wrote,
Зомбиленд
ripcska

Дача за забором

Когда троллейбус №18 только начал ходить по Подольскому спуску, он ехал не прямо, как сейчас, по улице Овручской, а странным образом – кругом, по улице Пугачева и Багговутовской (тогда – Буденного). Почему же 18-й троллейбус двигался так причудливо до самого начала 1970-х годов? Ответ прост: он объезжал таинственный объект - так называемую «дачу Хрущева».
Трудно поверить, но когда-то, в начале 1960-х годов, троллейбус 16-го маршрута в Киеве делал конечный круг неподалеку от сквера им. Котляревского, на углу улиц Якира и Мельникова. Говорят, до конца 1950-х годов здесь ходил трамвай 4-го маршрута. Но потом трамвай исчез, появились троллейбусы. Они, развернувшись вокруг небольшой клумбы, возвращались в центр, на тогдашнюю площадь Калинина (современный Майдан Незалежности), где неторопливо объезжали памятный киевлянам серый фонтан посреди крошечного лоскутка зелени – кустов и травы – на площади...
А вот троллейбус №18, когда только начал ходить по Подольскому спуску, ехал не прямо, как в сейчас, по улице Овручской, а странным образом – вокруг, по улице Пугачева и Багговутовской (тогда – Буденного).
Почему же 18-й троллейбус двигался так причудливо до самого начала 1970-х годов? Ответ прост: он объезжал таинственный объект - так называемую «дачу Хрущева». В старинном здании посреди усадьбы, обнесенной высоким забором, и в самом деле когда-то жил глава советского государства. Однако с конца 1940-х годов Никита Сергеевич практически не бывал на даче. Но обо всем по порядку.

За современным высоким, но прозрачным забором на улице Герцена киевляне и гости столицы в настоящее время видят здания Научно-исследовательского Института педиатрии, акушерства и гинекологии (официальный адрес – улица Платона Майбороды (бывшая Мануильского), 8), возвышающиеся над запущенным парком. Ближе к улице стоят старинные домики; а дальше, вглубь, начинается урочище Кмитов Яр. Где-то здесь, среди крутых склонов и густых чащ, как говорят, и берет начало река Глубочица.
Место известное, историческое. В ХІХ веке это был участок вдалеке от центра города, район дач зажиточных людей. Вот и территория усадьбы, о которой мы говорим, принадлежала человеку небедному, помощнику аптекаря, а впоследствии и владельцу аптеки на Подоле Октавиану Бельскому. Предприимчивый мещанин в далеком 1889 году приобрел здесь, на отрогах и началах Кмитова Яра, довольно большой участок земли. В 1893 году он начал строительство первого дома по проекту архитектора Николая Казанского. (В этом, первом здании, сейчас находится администрации НИИ ПАГ). Одновременно происходило и благоустройство «дикой» территории вокруг. Бельский, видимо, имел большие планы на жизнь, поэтому вскоре приобрел еще один участок земли рядом и возвел на нем дом, побольше предыдущего. Зачем, спросите вы? Все очень просто: владелец сдавал в найм две пятикомнатные квартиры в новом здании. Так делали многие киевские владельцы недвижимости (и делают так и в наши дни) – средства от аренды были хорошим подспорьем в бюджете зажиточной семьи.
И в самом деле: живописная местность с оврагами, ручьями, копанками привлекала многих – как отдыхающих, так и постоянных обитателей. Однако кто мог тогда предположить, что в скором будущем в Европе разразится страшная война, три империи исчезнут, а к власти придет «гегемон» и «все пойдет прахом», как говаривал герой одного фильма.
Усадьбу – дома и парк с прудами и озерами – национализировала новая власть и какое-то время, до начала 1930-х годов, этот уголок Киева был открыт для «прогулок трудящихся». Но впоследствии коммунисты распорядилась дачной местностью по-новому. Усадьбу Бельского вместе со зданиями занял печальноизвестный Всеволод Балицкий, народный комиссар внутренних дел УССР. А посему трамвайные пути были демонтированы. Осталась единственная трамвайная линия, четвертый маршрут. Церковь святого Феодора, располагавшаяся неподалеку, была уничтожена: она стояла на углу современных улиц Герцена и Овручской. Историки утверждают, что Балицкий сыграл роковую роль не только как агрессивный проводник приказов Сталина по поводу массовых репрессий в Украине, но и как активный руководитель уничтожения многих киевских храмов и памятников архитектуры.
Всеволод Балицкий жил за вновь поставленным очень высоким забором на бывшей даче Бельского в 1934-37 годах. Некоторые исследователи утверждают, что на обустройство усадьбы Балицкий потратил около миллиона рублей: были созданы несколько прудов, поставлены и обновлены шесть мостиков через овраги, появились беседки и парковые скульптуры. Потом Балицкого расстреляли «как врага народа» - мясники закономерно и сами попадают в мясорубку. Ведь существует главный скотобоец, сидящий в Кремле.
Усадьбу аптекаря заняли дети. Не простые – во вновь созданном пионерлагере поселились чада сотрудников НКВД. А во время немецкой оккупации в 1941-43 годах на даче находился какой-то таинственный объект.
С ноября 1943 года здесь поселился Никита Хрущев. В 1944-47 годах он был главой правительства УССР, а в 1947-49 годах первым секретарем ЦК КП(б)У. Хрущев с супругой Ниной Петровной жил в большем доме усадьбы. Утверждают, что две спальни для новых хозяев были достроены в этом здании в 1948 году. Впоследствии в парке якобы ходили павлины, в вольерах жили два медведя. Как бы то ни было, а уток и прочей водоплавающей птицы на «даче Хрущева», как отныне называли усадьбу аптекаря Бельского, держали действительно много. Существует легенда, что для Хрущева построили даже специальный подземный зал для заседаний. На случай ядерной войны?
Мой дед, Захар Филиппович Ильченко, хорошо знал Никиту Сергеевича, а бабушка, Мария Степановна, приветливо относилась к простой и непритязательной в быту Нине Петровне, украинке с Холмщины. Эта женщина никоим образом не походила на супругу власть имущего – у Нины Петровны не было ни малейшего пренебрежения в общении, высокомерия по отношению к другим. Мой дед и бабушка иногда бывали на даче у Хрущева. Женщины трепались о делах бытовых, а Хрущев, как вспоминал дед, любил размышлять на тему мирового политического процесса.
Как руководитель Молотовского (а ныне – Шевченковского) района города, Захар Филиппыч должен был встречать партийных и правительственных деятелей на вокзале, когда те прибывали в Киев: ведь дача Хрущева расположена именно в «его» районе. Один из таких приездов в конце 1940-х годов зафиксирован на представленной старой фотографии. А вот о другом визите Хрущева в Киев, когда Никита Сергеевич уже занимал должность первого секретаря ЦК КПСС, дед вспоминал с улыбкой. Итак, однажды Хрущев приехал в Киев уже изрядно «подогретый» коньяком. Напиток этот он очень уважал. И просто на вокзале Хрущев начал требовать у руководства города и Шевченковского района немедленно созвать «большой митинг трудящихся». Руководитель страны пожелал выступить с речью перед киевлянами на тему международной политики. Захар Филиппыч начал было отговаривать Хрущева от этой затеи, видя, в каком состоянии находится глава СССР. Но Хрущев резко оборвал его: «Захар, молчи, ты ничего не понимаешь!».
 

Фото из архива автора. В первом ряду, слева направо: вторым стоит Вячеслав Молотов; потом – Никита Хрущев, следующий - первый секретарь Молотовского райкома Захар Ильченко. Во втором ряду крайний слева – Алексей Косыгин. Справа, крайний в третьем ряду, военный  – Андрей Гречко, будущий маршал. Зима 1946-47 гг. (?). Публикуется впервые.
Спорить с таким неуправляемым человеком не имело ни малейшего смысла. Поэтому на Софийской площади была молниеносно сооружена деревянная трибуна для «дорогого Никиты Сергеевича». Из всех ближайших учреждений и организаций вывели людей на площадь, на импровизированный митинг – послушать Хрущева.
Тот говорил долго, восторженно. И договорился до фразы, которую со смехом передал мне дед. Хрущев, грозя рукой невидимому врагу, заявил: «Товарищи! Скажу прямо – мы эти баллистические ракеты словно сосиски клепаем!» Захар Филиппыч начал дергать Хрущева за рукав и тихо, на ухо, увещевать, что подобного говорить на митингах совершенно не следует. Но Никита Сергеевич просто отмахнулся и продолжил пространную речь.
Но вернемся к судьбе усадьбы, за которой тогда прочно закрепилось название «дачи Хрущева». Последним руководителем УССР, жившим в ней, был Петр Ефимович Шелест. В 1972 году Шелеста Москва заменила намного более лояльным к ней, верным проводником имперской политики – Владимиром Щербицким.
Именно он довольно неожиданно для киевлян отказался от дачи, оказавшейся уже чуть ли не в самом центре города: Киев стремительно расширял границы. Щербицкий отдавал предпочтение государственным дачам в Межигорье и Конча-Заспе. Хитроумный ход Щербицкого – «передать усадьбу детям» (то есть для создаваемого Научно-исследовательского Института педиатрии, акушерства и гинекологии) вскоре оценили киевляне: троллейбус 18-го маршрута начал ходить «прямо», по улице Герцена и Овручской, мимо бывшей резиденции республиканских власть имущих, оставленной без охраны и присмотра.
В новые корпуса Институт педиатрии, акушерства и гинекологии переехал в 1978 году. Усадьба, в которой когда-то можно было полюбоваться ухоженным парком, прудами, беседками и мостиками, постепенно пришла в упадок без надлежащего ухода. А ведь так было бы хорошо, если бы прихорошившаяся, обновленная «дача» приглашала на прогулки киевлян с детьми и внуками.
P.S. В роддоме, возвышающемся на территории бывшей «дачи Хрущева», родился мой сын. И я иногда думаю: мог ли представить Захар Филиппыч, что именно здесь появится на свет его правнук? Изменчивые превратности судьбы. Причудливые, непростые и зачастую трагические страницы истории разных уголков Киева.
Фото на заставке: nedaleko.ua
Олесь Ильченко, писатель, специально для «Столицы. Главред»
stolitsa.glavred.info/archive/2011/01/17/114335-4.html
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 6 comments